Габриэль Бойл отвечала за вовлечение детей от пяти до двенадцати лет в футбол на севере штата Новый Южный Уэльс — работала в Австралийской футбольной лиге. Когда в организации собрались включить всем корпоративного ИИ-ассистента, она письменно попросила её от этого освободить.
Ответ пришёл 23 июня. Как пишет Sydney Morning Herald со ссылкой на переписку, которую видела редакция, руководитель кадровой службы сформулировала так: «У вас нет права требовать, чтобы ваша работа не обрабатывалась нашими ИИ-системами». Там же говорилось, что невыполнение может привести к разбору её эффективности, а просьбу о расторжении по соглашению отклонили.
26 июня Бойл подала заявление. 29 июня ассистента включили по всей организации. О раскатке сотрудников предупредили меньше чем за две недели.
Позиция работодателя технически защитима: ассистент видит только те файлы и письма, которые сотрудница и так могла открыть, и на его данных модели не обучаются. Формулировка кадровой службы: «Позиция лиги в том, что это не отличается сколько-нибудь существенно от любой другой формы контроля почты и работы, которая уже происходит». Официальный комментарий организации был мягче: возможности ИИ признают, ответственное использование поддерживают, «мы также уважаем, что кто-то может держаться других взглядов на внедрение новых технологий, и это тоже нормально».
Помочь Бойл не смог никто: она обращалась в профсоюз, в трудовой арбитраж и в юридическую службу штата, все три ответили, что не могут. По австралийскому праву работодатель вправе ставить софт на принадлежащее ему оборудование, записи о работниках выведены из-под закона о защите персональных данных, а результат труда по договору обычно принадлежит компании.
Два фоновых замера из того же материала. Годом ранее внутренний опрос показал, что около 35% сотрудников организации некомфортно с внедрением ИИ на рабочем месте. А в недавнем опросе членов профсоюза служащих больше половины вообще не знали, что у их работодателя есть какая-либо политика по ИИ. Размеры выборок ни в одном из двух случаев не раскрыты.
И деталь, которая довершает картину: в сноске к самой ИИ-политике организации указано, что политику писали с помощью генеративного ИИ.
Здесь важно не переоценить: это один человек, а не исследование, и издание прямо называет её нетипичной — она не пользуется смартфоном, удалила соцсети, живёт в переоборудованном фургоне. Австралийское трудовое право на российское тоже не переносится: обязанности консультироваться с работниками при внедрении новых систем у нас нет.
